Куинн не отказывается от приглашений провести время всей командой вплоть до Колорадо, где он бормочет, что “просто сильно устал, и не знает, почему”. Все принимают это за чистую монету. Все, кроме Элиаса. Он, по причинам, в которых он совершенно не хочет разбираться, дожидается, пока все разбредутся по своим номерам, и набирает сообщение Бесеру о том, что тоже чувствует себя не очень. “да конечно приятель, поправляйся”, немедленно отвечает Брок. “надеюсь это не какой-то грипп”

Но умирали всегда другие. И Нума знал – Панчо никогда бы не сказал этого вслух, но Туркатти все равно знал, знал сердцем, так же, как знал о лжи – что Дельгадо молился. Уткнувшись носом ему в шею и прижавшись так близко, насколько возможно, чтобы было теплее, одними губами, не произнося ни звука – что он готов быть следующим. Только чтобы следующим не был Нума.