День истек механически, как песок в неуклюжих часах. Он перемещался по вагону, подчиняясь некой внутренней пружине, словно автоматон, лишенный воли. В запыленном стекле, за которым безостановочно мелькали тени древесных исполинов, маячило его отражение, изможденное, искаженное неудачным утренним действом. Каждое движение казалось предписанным невидимым регламентом.

САМ ФАНФИК ЗАКОНЧЕН! Просто кое-кто что процентов совершил тут 100 орфографических ошибок (и более), так что он всё еще редактируется. Как только Петер приблизился к двери, он услышал странное цоканье и скрип дивана. Майор встал и шагнул вперёд резко, словно его толкнула невидимая сила. Ладонь Саргаса вцепилась ему в плечо, не успел Петер как-либо на это отреагировать, губы Майора накрыли его рот.