Минхо смотрел куда угодно, лишь бы не этих двоих перед собой. Чан рассмеялся, громко и совершенно бессовестно. – Боже, ты действительно сделаешь для нас что угодно, да? Готов на всё, лишь бы тебя трахнули хорошенько? Дыхание сбивалось, ответить сразу не было сил. – Я здесь ради игровой, – наконец прохрипел он, пытаясь прийти в себя и себя самого убедить, что его не накроет в любой момент с головой этой странной всепоглощающей смесью возбуждения и беспомощности.