Кофейня “Black&White” была идеальна: прохладный мрамор, выверенные 80°C для эспрессо и никаких… голых торсов. Роман сжал челюсть, глядя на рекламу через дорогу: “Boy’s Night – латте-арт на твоей коже”. За чуть тонированными панорамными окнами бушевал ад. Сквозь дымчатое стекло Роман различал размытые силуэты полуобнажённых мужчин, мелькающие между столиков. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки, когда взгляд поймал знакомое лицо. Алекс. Тот самый Алекс, которого он уволил полгода назад.