Я Дин Винчестер, тогда мне было восемнадцать. Уже не мальчик, но и не совсем тот мужчина, которым казался в зеркале, когда надевал куртку своего отца. Сэму — четырнадцать. Возраст, когда всё внутри сдвигается: тело уже не детское, а душа ещё не знает, куда ей идти. Это странное время. Мы оба были застрявшими между "слишком рано" и "уже поздно".