На крыше небоскреба звон колоколов разносится эхом, пронизывая воздух острыми, холодными волнами звука. Он отражается от стекол и стальных конструкций, дробясь на части, словно призрачные касания — по плечам, вискам, звеня в ушах. Каждый удар будто затаенный шепот смерти, преднамеренный, словно приглашение к последнему танцу на грани бытия. Эл не дрогнул - несмотря на приближение неизбежного конца, в его сознании мелькнула лишь одна мысль: хотел ли он быть рядом?