«Нам нельзя трахаться… — Сукуна сухо рассмеялся, глядя на Юджи невидящим взглядом; в фиолетовом неоне его щёки пылали глубокой фуксией. — Вдруг окажется, что у тебя хуй больше? Я этого не переживу. Я слишком много спидов за жизнь снюхал, у меня сердце слабое». Юджи усмехнулся и потянул за ремень Сукуны, вытягивая его конец из шлевок. От вседозволенности кружилась голова. «Ссыкло».

«Я не думал, что тебе хватит сил, — пробормотал Сукуна, наматывая его блестящий розовый кишечник на свой кулак. — Столько воли и упорства — и где это всё теперь? Мне за столько наших танцев не надоело ломать тебе кости, но теперь…» «Разве это не прекрасное чувство? — выдохнул Юджи сквозь наполняющую его рот кровь, глядя в багровый свод невидящим взглядом и не чувствуя собственный распоротый живот. — После стольких сотен лет всё равно находить что-то, что способно тебя удивить? А, Сукуна?»