Ли Минхо — идеальный трофей для жестокого мира криминальных авторитетов. Его продали, чтобы скрепить сделку, подарили, как дорогую, но бездушную вещь. Но в клетке с самым опасным хищником города этот маленький омега с острым языком и кошачьей грацией собирается играть по своим правилам. Даже если для этого ему придется растопить лед в сердце самого Бан Чана.

Джисон стоял на коленях в трёх шагах от альфы, голова склонена, взгляд прикован к узору на персидском ковре. Всё его тело было струной, натянутой ожиданием. Лёгкая дрожь пробегала по его пальцам, сжатым в замке на коленях. Запах Минхо — дымный, терпкий, с нотками сандала и абсолютной власти — заставлял его разум мутиться, а внутренности сжиматься от животного страха и подавленного желания.

— Я все время смотрю на тебя, Феликс, — признался Хенджин шепотом. Это был шепот, который в тишине комнаты звучал как крик. — На переменах, в столовой, сейчас. Я не могу перестать. У Феликса перехватило дыхание. Неужели это происходит наяву? Неужели это не очередной сон, от которого он просыпался с мокрыми от слез щеками? — Я... — Феликс сглотнул, пытаясь проглотить ком в горле. — Я тоже. Все время.

Бордель «Алиби» не рекламировал себя навязчивыми вывесками. Это было солидное заведение с матовыми стеклами, вешалкой из черного дерева и едва уловимым ароматом сандала и дорогого табака. Сюда приходили не за громкой похабщиной, а за тихим, дорогим пороком, обернутым в шелк и хорошие манеры.