Это история о том, как легко исчезнуть и как быстро тебя забудут. Даже если ты любила. Даже если тебя любили. О том, что любовь не спасает, если она эгоистична. Даже если ты спасла чужую семью, став её частью. Рэйвен умерла дважды: первый раз — когда Амира забрала её тело, второй раз — когда дети перестали её вспоминать. О том, что прощение — не всегда акт благородства, иногда просто акт уста-лости. И о том, что даже после самой страшной несправедливости остаются цветы. Белые. Пахнущие домом.

Они не называли себя богами. Это слово было слишком грубым, слишком пахнущим дымом жертвенников и слепым поклонением толпы. Они были Близкими. Самыми близкими из смертных к тому, что люди звали божественным. Их мир, Элизион, был не местом на карте. Это был слой, тончайшая прослойка реальности, натянутая над миром людей, как шёлк над ржавым железом. Здесь воздух был сладким от нектара вечной юности, светились самоцветами деревья, и тени ложились с геометрической точностью. Здесь жили они.

В глухих лесах, куда не ступает нога дровосека, где сосны растут так тесно, будто пытаются скрыть нечто древнее и голодное, лежит Ковен. Они поклоняются Луне — не той ласковой богине поэтов, а той, что открывает пасть и пожирает свет, той, чьи циклы правят кровью, безумием и тишиной между ударами сердца. Их поклонение не было служением. Оно было медленным, ритуальным растворением в этой черноте, обменом искры рассудка на ледяную силу, что струится из межзвездных пустот.Они живут по лунным цикла

Эта история о том как человек существо изменчивое и все не то чем кажется.