Какая нелепица. Харрис жмётся к нему так, словно Лололошка это единственное, что у него осталось, хотя ещё час назад мысленно проклинал его за существование. Ему безумно жарко, в комнате слишком душно и, кажется, ещё пару минут и он забудет что значит дышать, но даже так кажется невозможным заставить своё тело отодвинуться хотя бы на тридцать сантиметров от Лололошки, чтобы полноценно вдохнуть.