За эти два месяца её жизнь более-менее устаканилась. Нельзя было сказать, что она наладилась, но стала гораздо спокойней. Да, отношения со Львом Глебовичем оставляли желать лучшего. Да и Юрий Сергеевич после того видео стал относиться к ней, как к врагу – ни поговорить, ни выслушать не мог, дерзил, язвил, – а ведь она-то сама ничего плохого не сделала. Зато поступок врача оставил за собой большую такую рану, в груди, где-то слева. Хотя бы бессмысленной беготни и проблем явно поубавилось.

− Короче, создадим чат для наших сотрудников, − Федотов получил вопросительный взгляд и понял, что нужны подробности. – И вот для чего. Первое, − показательно оттопырил указательный палец, − так будет легче взаимодействовать нам со всеми департаментами и им между собой. Второе, − тут уже перед лицом Зуева маячили два пальца, хотя, кажется, он видел четыре, − и са-а-амое главное – поржём над всеми. Они же будут удивлены, что я такую муть придумал. Буду там над ними издеваться слегка.

У каждого есть свои скелеты в шкафу. Каждый не хочет, чтобы они были обнаружены. Но жизнь – это такая штука, которая не опирается на ваши желания. Всё тайное становится явным.

Они не знают точно, когда они пересекли эту черту. Когда взаимная неприязнь, издёвки и насмешки переросли во что-то большее, а главное – приятное.

– Так, Симпампулька, сегодня у тебя спец. задание: одна из бывших Зуева приехала сюда с его сыном. Пока они будут решать дела, тебе нужно будет посидеть с ребёнком. Примерно три-четыре часа.