Она бежит. Быстро и долго, порой выбиваясь из темпа от истощения. Уповает на защиту родных земель? Но от этого не скрыться на деревьях или в высокой траве. Оно найдет даже на краю света. Как долго она готова бежать от воспоминаний? А от демона, вечно снующего рядом?

— Расскажи мне, Шевалье, чего ты хочешь сейчас, сидя в прогнивших трущобах Вал Руайо? — Пройдя все испытания, я хочу выбиться в люди. Быть тем, на кого будут равняться. Нести справедливость. Быть незаменимой для Орлея... Но сейчас... хочу обрести хотя бы цель. — Цель, говоришь... Поднимайся и иди за мной, только постарайся ныть меньше в моем присутствии. Это меня выводит из себя.

Вести пришли, но было уже слишком поздно.

Я с самого начала наблюдала за ней. Та, какой она была, когда я впервые увидела её сидящей на полу в подземелье — злой, уставшей, нелюдимой... И та, какой она является сейчас — справедливой, открытой, бескорыстной... Инквизиция помогла ей измениться. Или же она просто стала той, кем и являлась в душе?

— Над Тедасом вновь нависла угроза, а они хотят распустить Инквизицию. Скажите хотя бы вы, Виктория, почему они боятся нас? Тех, кто ценой своих жизней защищал их. Почему Ферелден хочет свести нашу деятельность на нет, а Орлей – присвоить себе и манипулировать нами?