Нёвилетт и не подозревал, насколько неизгладимое впечатление оставил на душе непокорного и с виду жестокого хозяина крепости. Сначала Ризли тонул в ярости за ущемленное достоинство предводителя, словно вожак стаи, хотя почти никто и не заметил изменений в его поведении. А спустя еще какое-то время Ризли начал тайно признавать в себе то, что так сильно подавлял долгие годы.