— Руку свою не убирай, тромбохрен, — прикрыв глаза и вновь вздохнув, Адам прикусил губы изо всех сил. — У меня имя есть, придурок, — произнес довольно дерзко Эрик, сводя брови к переносице и начиная злиться из-за старого прозвища. — Оу, правда? Тогда напомни мне его, — ухмыльнувшись, сказал Адам, в одно мгновение усаживаясь на кровати и вплотную придвигаясь лицом к лицу Эрика.