Настя смотрит на репетитора и не может понять на что она злится больше: на себя или на него - человека, которым восхищается отец. Она всей душой ненавидит частные уроки латыни, но каждый раз, когда она поднимается в квартиру на третьем этаже, её охватывают непонятные чувства: кажется, что там она становится ещё более одинокой.

Серпико боялся пустоты, боялся собственной неуместности. Он боялся, что его покинут и оставят без души и цели в этой жизни. Он существовал только когда находился рядом с ней. Но сейчас, смотря вперёд, он видел, что Фарнеза больше не была той маленькой напуганной девочкой, которая ждала Серпико, чтобы он накинул пальто ей на плечи. Она стала женщиной и сейчас стояла так далеко от него, что он едва мог различить её фигуру.

Говорят, что после смерти есть шанс искупить грехи в следующей жизни. Но что делать, если она начинается не с чистого листа, а уже омрачена воспоминаниями прошлого, из которых, словно из колючей проволоки, больно вырваться? Зик думал, что до конца своих дней будет обременён памятью. Но когда он встречает Пик, последнего человека из своих воспоминаний, то понимает, что появилась долгожданная возможность избавиться от этого груза, и она - в словах, которые появятся на бумаге.

Какой он - Рай на земле? Да и существует ли что-то кроме кромешного ада, которые уже распахнул врата и терпеливо ждёт нашего часа? Солдат говорит ему, что надежда ещё есть, и она - в мечте, полной победе, в любви и дружбе. Воин усмехается и рвет готовый сценарий, заново пишет историю и назначает новых героев.