Я прекрасно видел вопреки темноте и, действительно, в кои-то веки не споткнулся, ступая по каменистой земле. У меня не было другой цели, кроме как бежать прочь, голый животный инстинкт овладел мной, в то время как мой разум был занят менее грубыми вещами, находя утешение в запахе полыни, горьковатом и чистом, и в скудных голых стенах долины, просвечивающих пурпуром, как вереск на фоне ночи.