(намного меньше чем) 100 кинковых драбблов по Джошлеру

— Мне казалось, мы договорились больше не читать это...

Стояла тихая, глубокая ночь. От Стэна пахло его собственным потом, дешевым одеколоном и кислым виски. Лежащие под ними одеяла были пропитанные знакомым запахом подросткового мускуса — глубокого и интимного, — и всё это дополняли солёные океанские волны, едва колышущие их корабль. Форд повернул голову и прижался губами к жестким прядям на затылке Стэна. — Когда-нибудь, — клялся Форд. — Когда-нибудь, Стэнли — только ты и я.

Он почувствовал аромат, который перевернул всю его жизнь. Или о том, как он заполнил его мир и никогда больше не исчезал.

Мир, в котором он живет, вряд ли похож на любой другой мир, который когда-либо вам встречался. Вы живете в мире свободы. Он живет за решеткой. Нет, вы не подумайте, это не тюрьма, как может показаться. Тем не менее, ему не дозволено покидать это место. Дема всегда была его миром.