Груда уважения, приятных слов, поддержки и заботы теперь ничто. Груда пепла посреди пустоты. И куча волдырей на руках и ногах, в попытках унести что-то из этого пожара. Пепелище. Серое безжизненное небо. И два человека. Она с спичкой в руке, но с отрицанием своей вины. Я с отчаянием, но решимостью сжечь все мосты, которые отделяют меня с ней. Я так и сделаю.

Коротко о том, почему я ненавижу Интернет и род человеческий.

Стоя на пепелище, она смотрела на всю разруху, что осталась от ее дома. Будут ли у нее силы взять молоток и гвозди, чтобы построить всё заново? Ей тяжело держать новые стены, чтобы те не упали прямо на нее. Стоило ли позвать о помощи?

Дорогая Риз, я пишу тебе это письмо с борта самолета, который с немыслимой скоростью разрезает облака. Вспоминаешь ли ты то место, в котором мы провели то прохладное лето? Затмил ли свет фанфар твои глаза, помнишь ли ты то единственное место, где мы прятались от всех несчастий? Хранишь ли ты мой подарок? Наверняка, ты сейчас знаменита и вряд-ли вспомнишь меня. Одно лето и несколько лет за школьной партой. Мы были так близки. А теперь так далеки. Но я верен тебе до сих пор. Навеки твой, Томас.