У любого долга есть неприятная сторона. Верховный судья Фонтейна посещает тюрьму после каждого приговора на пожизненное заключение в попытках успокоить свою совесть. В этот раз приговоренный ему совсем не чужой, и это становится в разы сложнее. Спойлер алерт! События происходят после 2 главы 4 тома заданий Архонтов: "Словно легкий дождь без причины".

Начать стоит с того, что он называл ее Дора.

Он здесь частенько бывает. Ну, поверьте, это совсем не его вина - ему есть чем заняться. Двадцать семь лет, подающий надежды студент; papá прочит ему стабильное будущее с доходной медицинской практикой, женой и парой детишек. Лука жадно смотрит, как Кэрол Тодд выходит на сцену с шелковым платком в руках. Такое чувство, будто Лука не пил три дня - жажда колотится у него под ребрами многотысячным набатом. Господи, думает Лука, Господи. Бедная его будущая женушка, кем бы она ни была

Лимский синдром (Lima syndrome) - неофициальное название явления, гораздо более редкого, чем стокгольмский синдром, при котором надзиратель/поимщик/террорист, удерживающий жертву, начинает проникаться к удерживаемому пониманием, сочувствием и человечностью.

Глаза консультанта похоронного бюро бликуют элементальным золотом (Тарталья не замечал этого блеска ранее или не обращал на него внимание). Кончики его волос сияют янтарем и тяжестью гео (этого он тоже не замечал, увлекшись своей импульсивной борьбой). Брошь на его шее, золотые кольца на его пальцах, цвета Гео Архонта буквально покрывают с головы до ног... Если бы Тарталья хоть на мгновение остановился и присмотрелся к господину Чжун Ли.