"кто ты? что с тобой случилось?"– хочется спросить вилбуру. –выглядишь отвратно, друг мой. – вместо этого говорит он, немного пьяно спотыкаясь в словах, и прекрасно знает, что делает. мгновение спустя чувствует жгучую боль в носу, откидывая голову назад и хрипло смеясь. это не первый раз, когда они вымещают злость на друг друге, и он уверен, что не последний. вилбур никогда бы не признался, но эта боль часто остается единственной вещью, которая его приземляет.

Сяоши всегда видел очень яркие сны. Иногда это были просто сюжеты, которые будоражили его воображение, какие-то глупые отрывки из фильмов-боевиков, которые ему так нравились; временами сюжеты книг, которые ему рассказывал Гуан, когда они подолгу не могли уснуть. Но сейчас ему снилось что-то совершенно необычное.

Из чистого любопытства ему всегда нравится смотреть в глаза Гуану, когда тот анализирует фотографии. Его и так голубые глаза в этот момент становятся такого очень приятного, глубокого оттенка, что Сяоши уверен - на свете нет такого слова, способного описать этот цвет.

Ванда считает ироничным, что в их с Виженом доме почти на каждом подоконнике можно найти горшочек с орхидеями, род которых называется Ванда. Наташа считает ироничным, что с недавних пор начала откашливать темно-фиолетовые лепестки. Она даже рассмеялась, хрипло, раздирая горло еще сильнее, когда начала задыхаться от них в первый раз.

"У тебя все хорошо?" "Пожалуйста, прекращай игнорировать меня." "Кас, черт, я же волнуюсь!" "Напиши хоть одно слово, что бы я поняла, что ты в порядке!" И еще, кажется, штук 80 сообщений. И все одинаковые, говорящие о том, что Диана волнуется и вообще, еще чуть-чуть и подаст заявление о пропаже.