Их отношение к миру до встречи с друг другом были квинтэссенцией мучительного отчаяния и вины. Их любовь, словно нежный цветок белой розы, была квинтэссенцией надежды и безграничного доверия. Он показал ей палитру чувств, вдохнул в неё новую жизнь, а она подарила ему себя, открыв надёжно запертые двери, ведущие по извилистому пути к его израненному сердцу.

Он любил её бесконечно, а она - безмолвно. Оба непоняты друг другом; оба непоняты миром. Осколки их разбитых сердец наивно и без устали продолжали тянуться друг к другу, ища трепет и нежность. Их сад, зовущийся любовью, давно сгнил, приобретая чернильный оттенок и гнетущий запах одиночества. — Я тоже люблю тебя, Юнги... — сквозь горючие слёзы, острую боль шепнула она, тут же отплевывая кровь. Но он больше никогда не услышит её. Никогда.