В краях тех весна давно не гостила, Лишь ночь да мороз в пустынной долине, Но в поступи тьмы, средь барханов снегов, На дикой земле объявился стрелок.

Имеет ли месть какие-то чёткие границы? Едва ли всё так однозначно: оборвав всего одну жизнь, за душегубом придет такой же убийца, а за ним - следующий. Эта петля не закончится, пока на поле боя не останется всего один - иль никого. По воле случайных обстоятельств, или происков злодейки судьбы, герои живут невольниками, скованными в цепи собственных сожалений. Смогут ли они побороть свои страхи, гнев и боль, оборвать порочный круг мести, или же потеряют себя на пути к искуплению?