Даже сквозь темные стекла очков можно было увидеть, как округлились змеиные глаза, вызывая еще более широкую улыбку у подошедшей хозяйки кофейни. Азирафаэль готов был провалиться сквозь землю, хоть и знал, что даже так от Кроули невозможно спрятаться.

Кроули долго думал, почему его тянет к этому Ангелу. Демонов всегда тянуло к чему-то запретному, неправильному - по мнению Рая они сами были неправильными. Но в наивном светлом взгляде он смог разглядеть себя. Не только свое отражение, не то, каким видит его Азирафаэль. Себя.

Демон не должен был познать, что представляет из себя такое чувство, как любовь. Люди, слоняющиеся рядом, игнорировали темную фигуру, продолжая свой путь. У Кроули тоже был своя собственная дорога. Только пустота внутри телесной оболочки тянула так непривычно болезненно, напоминая, что в руке у него теперь находится полупустая бутылка с терпким алкоголем, а не теплая и такая родная ладонь. Да, человеческие чувства точно были не для Демонов.

Юноша с любопытством наблюдает за происходящим в беседке. Юма, словно почувствовавшая на себе изучающий взгляд брата, косится в его сторону и еле заметно хмурится, не имея желания раскрывать чужое присутствие. Узнай Баатар, что внук самонадеянно ослушался его приказа, на положительной ноте эта встреча точно не закончилась бы. "Колдовства не буди. Отвернись, не гляди: Змей со змеицей женятся".

Ризотто никогда не пытался расспрашивать о своей цели: лишняя информация могла помешать выполнить работу. Но, глядя в заплаканные глаза возлюбленного, он не мог избавиться от чувства, что вновь всё испортил.