Он всегда старался не относить себя к типу романтиков, мечтателям, которые без остатка отдаются инфантильным фантазиям внутреннего мира, считают любую неказистую травинку чудесным отражением очарования природы и видят свой смысл жизни в нахождении окрыляющей любви. Борис всячески избегал этого утверждения, отрицая эти выдуманные сказки и предпочитая обращать должное внимание на более важные проблемы, пока не встретился взором с пронзительно синими глазами, похожими на цветущее поле люпинов.