У Изуку раздроблена половина головы, пустая глазница, руки, размазанные по асфальту и стертые в порошок ребра. Кровь из рта еще пузырится, мешается с водянистой пеной, медленно остывая на морозе. Капли на белом снегу рябили в глазах - Бакуго выворачивает в ближайшую мусорку. Он сломя голову несется к охраннику, тащит в школьный двор и замирает на месте - Деку нет. На белом-белом снегу цветут кровавые пятна и красный ботинок, лежащий неподалеку заляпан в мерзкой жидкости.

Катсуки дергается, когда Деку резко откладывает блокнот в сторону и стягивает капюшон, вставая со своего места: — Если сейчас ты облажаешься, Каччан, я позвоню Мицуки-сан и скажу что ее сын гей! — Он кричит это через весь стадион, обращаясь прямо к нему. Своеобразная забота, да? Бакуго уже почти готов крикнуть ответ, когда тот добавляет тише — И ты не получишь свой кофе. — Бакуго захлебывается от возмущения. [au!где изуку так и не получил причуду]

Изуку готов поспорить, что вместе с бордовыми лепестками скоро выплюнет свое сердце.