На улице чертовски холодно, когда он выбегает из дома, хотя сейчас конец июля. Сердце колотится, ладони мерзко потеют. Что‑то случилось в больнице. Он заходит в здание, неожиданно поглощённое плачем и болезненными стонами. В коридоре — дети в крови. Все они, кажется, корейцы. Пахнет кровью и чем-то еще. Смертью.

Юнги замечает, что он в резиновых тапочках и пижамных штанах, и он, боже, он беременный: на пятом месяце или на шестом, где-то так, и он… Он беременный.

Просто сборник, где с Юнги чуть ли не селфцест приключился

Он, наверное, уже окончательно запутался в своих мыслях и решениях, однако каждое утро продолжает надевать парик, а вечером запускать какую-нибудь игру, общаясь с фанатами и своим парнем. Он запутался, но все ещё четко помнит, что наедине с ним можно быть собой.

— Хен, а вот ты мне сколько детишек родишь? – задает он свой вопрос, правильный ответ на который, конечно, «много, потому что я тебя очень люблю». А после этих слов должен быть поцелуй, как во всех сказках, потому что именно так себе представляет это Тэхенни, значит, только таким образом все должно произойти. Но Чонгук обо всех таких тонкостях не знает…