— А что мне оставалось? — буркнул Нат, морщась от жжения. Его голос был хриплым, уставшим, но упёртым. — Я не собирался смотреть, как Рико разбивает твою Ямаху. Жан закатил глаза и вздохнул, будто это уже сотый раз, когда он слышит подобное. — Ты явно недооцениваешь себя, раз думаешь, что байк для меня важнее тебя, — раздражённо ответил он, удерживая серьёзное выражение лица, хотя пальцы предательски дрожали, когда он прикасался к коже возлюбленного.

Нил абсолютно не понимал, что с ним происходит. Хотелось абсолютно полное ничего. Кажется, так ощущал себя Эндрю, когда только вышел из Истхейвена. Но Джостен не сидел на препаратах несколько лет и не лежал в больнице проходя через синдром отмены. Это что-то другое. Наверное, именно это называется эмоциональный голод. Так бы сказала Дэн. Или Мэтт.

- Небольшое интервью? - Феликс решил делать вид, что не услышал историю картины, на которой изображён он сам, чтобы избежать неловкости. - Ага, только вопросы буду задавать я.

В ванной комнате, на 2 этаже дома Сингера, сидела девушка и смотрела на ноги. На них были старые, давно зажившие раны. Шатенка засмотрелась и невольно погрузилась в воспоминания, поглаживая белёсые полосы на бедрах. Несса помнила, как только в самом начале этого пути, мать заметила порезы и устраивала каждодневные проверки рук, что сподвигло найти ее новое место для "игр". Зеленоглазая думала, что сможет остановиться в любой момент, но она стала зависимой от боли.