Чувства поднимаются вверх по желудку и раздирают горло. Господин Рагнвиндр — богач и почетный житель города ветров. Он точно не захочет воспользоваться тухнущей в запахе алкоголя и похабных мыслей тобой. Правда же? Не может он захотеть кормиться одними помоями с больными свиньями.

Стоя на перроне, Роди понимает, что воссоединяется с прошлым, от которого так долго бежал в пучине страха и ненависти, отвращения, но осознания неотделимости его от самого себя. Будто можно так просто взять и выкинуть кусок жизни в мусорное ведро. Нет, конечно, это ведь не блюдо из его бывшей возлюбленной. || au, в котором через шесть лет после пожара Винсент оказывается жив

Бутхилл ревнует часто и беспричинно. Он провожает взглядом безлицые фигуры, с которыми общается Аргенти и думает, что не выдержит, если они заговорят с ним ещё хоть раз. Он не уверен в том, откуда берётся это чувство. Бутхилл не любит в себе многое: от металлических пальцев до модифицированного маяка синестезии, который сжирает его свободу слова, – но больше всего презирает собственный эгоизм.

Моракс помнил, что иногда незнание — сила. Но Чайльд, ворвавшийся к нему после полуночи, был подозрительным, а его спешное: «...где можно достать сапфир?» — стало апогеем. Итак, Моракс помнил, что иногда незнание — сила, но использовал первую же возможность, дабы залезть в грязные секреты Предвестника. И видит Селестия, он точно не хотел выяснить, что одним из фигурантов этого дела является Сказитель.

Их встреча оставляет неизгладимый след на сердце Юнь Цзинь, но как наладить общение с воспитанницей адепта, если та ведёт затворнический образ жизни?