Рафту было все равно. У Рафта была Ванда в ошейнике.

Питер подлетает все ближе и ближе, и его одолевают сомнения. Во-первых, человек этот, судя по всему, прыгать действительно не собирается. Во-вторых, он кажется странно знакомым. Питер прыгает на крышу и подходит – тихо, осторожно, не снимая маску. Человек оборачивается. — Питер? Сердце Паркера останавливается.

— Пьетро? — спрашивает Ванда этим же вечером, — не хочешь присоединиться ко мне завтра для эксперимента? — спрашивает она. Он смотрит на нее, приподняв брови. — Эксперимента? Ванда поводит пальцами, заставляя алые завитки танцевать по ее волосам и расплетает косу. — Я пытаюсь лучше чувствовать свою магию. И хочу посмотреть, на что еще способна. Во взгляде Пьетро скользит любопытство, он размышляет секунду. — Надеюсь, ты не будешь летать, — говорит он, — это будет совсем нечестно.

Когда Арагорн и Гимли находят Леголаса после ночи возлияний, то понимают, что Зов Моря повлиял на их друга больше, чем тот готов поделиться. Пусть они и не могу забрать его боль, по крайней мере, они могут отвести его домой и утешить его после этого — так долго, как только возможно.

- Ну просто ты ведешь себя совсем не так, как в книге Бильбо. - А как я вел себя там, в книге Бильбо? - спросил Леголас. Фродо задумался. Выясняется, что у Бильбо много общего с Питером Джексоном, Гэндальф, вероятно, хотел бы перекинуться с ним словечком, а хоббиты разочарованы отсутствием любовных треугольников. А Боромир просто ничего не понял.