Купол, ранее бывший ограничителем и преградой, наконец разрушен. Жизнь медленно растекается по бесплодным сухим долинам, протискивается сквозь камни, распространяется по некогда безжизненным рекам рекам. В запустении стоят покрытые четырехсотлетней пылью города, полузаметены песком растрескавшиеся трассы. Он позвонит в ясную августовскую ночь с просьбой о встрече. Тот никак не сможет ему отказать в этом.