– Ты думала, что ад - это пристанище боли, разврата и ужасов? – Люцифер ехидно интересуется и довольствуется её реакций. Он не отпускает рук, но и не заходит за грань, продолжая держать Вики за талию. – Посмотри, они все счастливы. Ваши ангельские правила скучны и состоят из одних запретов. Разве я не прав?

Чем ближе Майкл подходит к ней, тем сильнее возрастает желание вцепиться в его пиджак и провести губами влажную дорожку от губ до шеи. В её голове бурными красками появляются фантазии, о которых он, конечно же, никогда не узнает.

Бёрнелл лишь с пятой попытки неравнодушно осознала, почему так часто цеплялась за Владислава взглядом. Если бы у власти и богатств было имя, то на всех устах звучало бы только его. И, несмотря на эти аристократичные жесты, поведение и стиль общения, у похоти бы было его выразительное лицо. Он и есть воплощение могущества, богатства и сплошной похоти.

Ненависть от любви отделяет всего лишь один шаг. Это может быть короткое признание или целая тирада о своих чувствах. Или же небрежно сорвавшееся с уст слово, которое способно перевернуть всю твою жизнь с головы до ног. Но главное то, что остаётся после этого признания. Радостные чувства или гнев, смешанный с удивлением. Волна неописуемого восторга или же равнодушная реакция. А как отреагирует Сара на слова Майкла? И что последует за этим?

Иногда они заходили за предел, за прочерченную черту, но Уокер назло своей совести закрывать их связь не спешила. И объяснить Мими не могла о том, почему ночью она слишком часто поправляла шорты. Не скажет же о призрачных пальцах Люцифера у неё в трусах. Изменено: сборник драбблов:)