Ким выжидает время, чтобы ученики успели перенести его слова в свои тетради, а потом переводит взгляд прямо на Чонгука, шевельнув задумчиво бровью. Багровый цвет стремительно поднимается чуть ли не до кончиков ушей, а замерший на месте Чонгук роняет ручку и устремляет глаза вниз, в свою… пустую, белоснежно чистую тетрадку, в которую он так ничего и не записал.

вимины специально флиртуют друг с другом, чтобы намджун сдался и наконец-то влился в их полиаморную тусовку. тот хоть и притворяется камнем, которого даже вода не точит, но такое напряжение сразу между двумя не лишенными привлекательности телами никто выдержать не способен.

— Mi amas vin. Mi trovos novan hejmon por vi kaj mi, eĉ se vi kontraŭas ĝin. Vi ne meritis tian teruran sorton, — проговорил Итэр на одном дыхании, а затем обхватил мокрой рукой шею Сяо и смазано и неаккуратно поцеловал его распахнутые от удивления губы. Сяо вздрогнул, вода разошлась вокруг них плавными кругами, предрассветный ветер спутал их волосы, заставил трепетать ресницы. — Mi amas vin.