— Спасибо. — За что на этот раз? — Да не знаю, просто за то что ты существуешь, пожалуй. Существуешь сейчас здесь, в этой временной линии, в этой гостиной, на этом диване и любишь меня.

События происходят после "Времени Ворона" и до "Чумного Доктора" На часах три ночи, за окном сильнейший шторм. Ливень, ветер, который кажется вот-вот начнёт валить деревья, гром и яркие раскаты молнии. Сергей просыпается в холодном поту, сердце колотится как бешеное, тело пронзает лихорадочная дрожь, голова раскалывается, а на глазах проступают слёзы. Для Разумовского это не что-то новое, он с детства панически боится грозы.

Au где Верховенский режет себе руки для того, чтобы заглушить душевную боль, физической. – Слушайте, Пётр Степанович, а не хотите прогуляться до озера, на улице такая прекрасная погода, я как раз собирался сходить пополнить свою коллекцию бабочек. Это было настолько неожиданно и не к месту, что Верховенский опешил от такого предложения. – Прямо сейчас? – недоверчиво поинтересовался Пьер. – Прямо сейчас, если вы согласитесь подождать пока я соберусь. Конечно, Верховенский не мог отказать.