А она бы никогда и не позволила себе отвернуться.Она бы никогда не позволила себе убрать его руку.Малфой был для неё любовью.Возможно не той,о которой пишут в сопливых романах.Возможно не той,о которой рассказывают сквозь года потомкам.Он был такой историей,которую вспоминают не с улыбкой и ямочками на лице,а с ужасом,истерикой и печалью.Такую любовь приводят обычно в отрицательный пример,как бы говоря о том,что не следует отдавать своё сердце каким-то платиновым аристократам с прогнившей душой.

«Сын твой будет проклят,как тринадцатый по счету Малфой.Не будет он видеть ни счастья,ни тепла.Станет он холодным айсбергом,о который будут разбиваться люди.Сердце дитя твоего будет таким же твердым,как камень и таким же сухим,как песок в пустынях.Лишь искренний поцелуй и любовь той самой вновь возродит всю силу рода и даст упокоение потомкам его.

Я следил за нею, как хищный зверь, и не спускал её с глаз: бьюсь об заклад, что завтра буду просить, молить и падать в ноги...Лишь бы она не уходила.Лишь бы она не покидала меня... Но я ненавижу её.Определённо точно ненавижу.Не перевариваю,не переношу,не выдерживаю....Но,клянусь тростью своего отца, я желаю её.Хочу больше кого бы то ни было на этом свете.

Она бежит по холодному мокрому асфальту,совершенно не разбирая дороги.Её трясёт так,будто в неё кидают попутно круциатусом и добивают сектусемпрой. Гермиона сбежала от него.Грейнджер планировала свой побег долго,усердно и кропотливо.У девушки не было ни малейшего шанса допустить хотя бы одну ошибку.Она бы в прямом смысле стоила бы ей жизни.Своей или своего ребёнка.Даже не одного ребёнка...

По началу было весело,хорошо,свободно.Постепенно замену этим терминам нашли боль,желание,зависимость. Не скажу,что было невыносимо,но что-то рядом с этим понятием точно.Было достаточно сложно продолжать жить,без того,что приносит колоссальное удовольствие.