День сурка, кажется, не закончится никогда. Дождь льет как из ведра, а дырявая гнилая душонка позволяет горячим ранящим каплям пройти насквозь, прожигая ещё и больное сердце. У кого все-таки нервы сдадут раньше? А может к происходящему в жизни просто выработался иммунитет? У Бомгю тотальная нехватка времени и нервов, а еще неординарный брат-гений в придачу, чтобы жизнь после смерти матери не была одинокой. Ёнджун, кажется, встретил свою музу, заказав холодный кофе в промозглый ноябрь.

Когда Бомгю ступает на последнюю ступень своего смирения с собственной непригодностью, он встречается с безбожником, и тот становится единственным желанием, о котором даже помолиться нельзя. Грех.

Кан Тэхён доведёт психолога.

— Расслабься, — шепчет Ёнджун, и Бомгю пытается, правда, пытается, но выходит отвратительно. Он лежит звездой на матрасе в одних боксерах, чувствуя себя таким беззащитным и… живым.

И хорошо же, что у него никого нет. Услышав объявление по громкоговорителю, Тэхён сделал все, что от него требовалось: собрал необходимые вещи, закинул рюкзак на соседнее сидение отцовского авто и хмыкнул пожеланию удачи, сказанного дрожащим голосом диктора.