— Кэсси, — он повернулся к ней, и в его глазах было столько боли, что у девушки сжалось сердце. — Ты не знаешь, кто я на самом деле. Не знаешь, насколько всё сложно. Если бы я мог всё бросить и уехать с тобой — я бы сделал это не раздумывая. Но… — Но ты не можешь, — закончила она за него спокойно и без истерики. — Не переживай, Гуки, я большая девочка. Значит, так и должно было быть.

В такие вечера, когда ночь в этих местах наступала в четыре часа дня, в окнах всех коттеджей, как пульс жизни, зажигались огни. Золотые квадраты окон говорили о тепле, уюте, присутствии человека. Но соседний дом был темным. Глухо темным. Ни одного проблеска. Ни одного намека на свет. Только отблеск уличного фонаря на стекле, холодный и чужой. Чонгук отставил чашку. Какао внезапно показалось ему пресным...

В самой сердцевине зимы, там, где время замирает в ожидании чуда, стоял зачарованный лес. Снег здесь был не просто белым, а переливался, как россыпь алмазов, а сосны, укутанные в искристые шали, тихо нашептывали старинные мелодии. В этом лесу жил Тэхен, волшебник, хранитель снега и тишины. Но, несмотря на всю свою магию, Тэхен был бесконечно одинок. Его дворец изо льда сверкал холодной красотой, но в нём не было тепла.