С обучением в нелюбимом университете у Эрена с самого начала не пошло, так что он решил забить на это и заниматься более приятными делами, появляясь там только на сессиях и надеясь на огромную удачу и своего лучшего друга при сдаче всех нужных экзаменов. Снова появившись в стенах универа в один из немногочисленных разов за семестр, Эрен с неожиданностью для себя узнаёт, что изредка ходить сюда тоже может быть весьма приятным.

И Жан говорит жуткие вещи, прикрываясь долгом, потому что он знает, что это одно из немногих, что может заставить Оминаэ задуматься о серьёзности происходящего. Потому что он не может сказать ему, что не выдержит, если с ним что-то случится; не может просто прижать к себе, заключая в объятья, и попросить не быть таким наивным во вред себе. Потому что это разрушит всё. И прозвучит вразрез со словами про ответственность на миссиях. Но он очень хочет.

— Это правда. Ты ужасно наивный дуралей, — мягко тянет Жан, а чужое дыхание на шее становится ощутимее. — Но на самом деле, мне это-то в тебе и нравится.

Что делать, если сестра запала на парня, на которого вы уже давно положили глаз, а отказать ей в помощи вы не можете?

— Я окончу школу и поступлю в университет, съеду от родителей. Можешь дождаться моего совершеннолетия, если это твоё обязательное условие, — уверенно говорит Ёсида, вновь произнося прозвучавшие когда-то множество раз слова, и, опуская глаза вниз, рассматривая ткань домашних тапок, уже тише добавляет: — только не запрещай мне тебя видеть.