Его перламутровые серые глаза светились в темноте толикой надежды. Надеждой на то, что он не влюбился в нее навсегда и бесповоротно. Ее каштановые кудри игрались с лунным светом и пряди с вызовом торчали во все стороны. Она опустила глаза в пол и ее густые коричневые ресницы коснулись щек. Нет. Надежда умерла. Осталось лишь убеждение в том, что он бесповоротно и навсегда влюблен в нее.