«у уёна в груди дыра, по ощущениям, размером с санов кулак (наверняка именно так он сердце его и забрал: пробрался сквозь рёберные мышцы, схватил пальцами бьющуюся алость — пока губы тягуче медленно сводили с ума. это было тогда — опоясывающе и до тумана перед глазами, это сейчас в памяти — тупым ножом; и только его, сана, улыбка всё та же — лёгкая и по отобранному сердцу пластырем. а толку?)»

«боже, до-ро-га-я!.. удивительно, как не рушится ожерелье прямиком из межпальцевой дрожи. а та ведь только на усиление — что же теперь ей делать?»

«ахнуло море. в бирюзовый ушло, прозрачностью оголилось. на дне его вод развернулась трагедия — раннего не-прикасания, позднего най-дения. взбудораженное и трепетом окропимое, задрожало море. и начался перестрел».

ау с сонхва-шинигами и хонджуном, убивающим мир своим телом //only brand new gods can save me (but you like me the most)

и если ты спросишь, есть ли у меня секреты, я скажу, что счастлив, потому что у меня есть ты