Тойя морщится, глядя на лохмотья, что в его красноречивых устах, называются одеждой. Слишком неправильно. Акито игнорирует этот взгляд на себе, подходя к микрофону. Тойя отворачивается, цыкнув и касается пальцами клавиатуры пианино. Тойе противно находится с этим нефором рядом, он хочет его перевоспитать. Но Аояги еще не знает, что именно Акито зажжет в нем то, что казалось было чуждо для него.

Тойя размазывает пальцем его помаду, разглядывая абсолютно спокойными глазами лицо человека под собой, дрожащие рыжие ресницы, обрамленные легким блеском, струящиеся рыжие волосы, что разметались по подушке. Это действительно красиво. «Даже слишком красиво для простой одноразки,» - думает он. Отец не за что бы не понял его, если после проведенного концерта классической музыки, он нашел бы его здесь и не одного, так еще и с «мальчиком по вызову». «Это полное безумие,» - догоняет его мысль.

Тойя стоит на месте, наблюдая как рыжая макушка скрывается в толпе, он касается пальцами места, где недавно были губы Акито. — Акито... - тихо выдыхает он, оставаясь стоять, пока не слышит объявление то том, что самолет от Японии до Америки отлетел.

Больно ли было падать с небес? Определенно. Так больно и обжигающе, что кажется мгновение и ты сгоришь заживо, при чем не известно от физической боли или моральной. Люцифер никогда после такого не хотел снова чувствовать что-то подобное. Но вот спустя пару лет беззаботной жизни, он снова чувствует как снова задыхается от боли, только в этот раз рядом нет любимого человека.

И он к устам моим приник, И вырвал грешный мой язык.