А в кармане ждали таблетки – мои крошечные, химические спасители, которые с каждым днем спасали все хуже. И где-то на задворках сознания, глухо и невыносимо, шевелилась мысль: однажды в самом первом остром приступе я едва не убил человека. Что, если в следующий раз не остановлюсь? Но об этом я думать не стал. Не сегодня. Сегодня нужно было просто выжить. До вечера. До следующей таблетки. До следующего утра.

Ху Тао внезапно швырнула пустую банку из-под колы в мусорное ведро с таким звонким «бздынь», что даже Скара прервал свою перепалку с Кадзухой. — ВСЕ, РЕШЕНО! — объявила она, вскакивая на диван. — Вы все остаетесь у меня на неделю! Тишина. Люмин замерла с мусорным пакетом в руках. Скара уронил вилку в тарелку с недоеденной яичницей. Кадзуха приподнял бровь. Сяо медленно перевел взгляд с Итэра на Ху Тао. — Ты… чего, блять? — Скара был первым, кто нашел слова. — Ты совсем ебнулась?!

Весна, маленькое пушистое создание, и очаровательный ветеринар, который оказался не так уж и равнодушен к своему новому пациенту (и его спасителю). Неужто весенняя лихорадка?

Ки Хун пересекается в обычной нормальной жизни с Ин Хо, однако тот лишен памяти. Ки Хун, переживающий собственные травмы, берет на себя заботу о нем, однако не уверен, сможет ли он справиться с бременем прошлого и попытаться спасти Ин Хо от себя самого.

Ки Хун уезжает в недельный отпуск в Сеул, а на остров возвращается с «подарком»… Теперь не только у него, но и у Ин Хо появляется еще больше забот.