Время неумолимо течет, история подходит к долгожданному концу, но горечь потери не уходит. Тарталья умер, но воспоминания остались, как и неисполненные обещания.

Одновременно тёмные и светлые, но такие упрямые, что друг из-за друга скрипят зубы. Ён Ги мечтает вырваться, Коуске хочет обрести, Шин Э просит обо всём, что не о ней и не для неё. Они пересекаются — и больше не могут разойтись.

Хрустальных и цветных. Незабываемых и безоблачных. Сумбурных и тлеющих. Тревожных и сутолочных. Тысяча битых дней, обожжённых недосказанностью и привязанностью. Тысяча значений взглядов. В которых точно понятно одно: «Останься».

В соседнем королевстве разгорается война, и спустя полгода её неотступного жара Шираюки сдаётся: перебирается в Кларинс, где встречается не с тем, что спасает, но с тем, что подталкивает вернуться назад. В появлении этого импульсивного, распаляющего желания первый принц играет не последнюю роль, а наёмник с кошачьими глазами неизменно напоминает, что ей есть, за что держаться. Пришло время бросить бегство и взглянуть на свои кресты, жалящие кожу.

Они крошились на кусочки, но жили. Или просто дышали — этого было достаточно. Кусанаги указал пальцем вверх: — У тебя там меч над головой летает.