Чонвон терпеть не может вампиров. Считает их выскочками, которые думают, что раз они бессмертны, то им всё можно. Особенно его бесит один — Нишимура Рики, который уже тысячу лет прожигает жизнь в ночных клубах, попивая дорогой виски (кровь он пьет намного реже, предпочитая изысканную пищу). Они сталкиваются в узких коридорах университета (куда Ники, по легенде, пришел «за новыми впечатлениями»). Чонвон постоянно огрызается, фыркает и закатывает глаза, когда высокий вампир оказывается рядом.

Запах омеги — сладкий, фруктовый, запретный. Ёнджун знал его с детства, как знал и то, что Бомгю — его ответственность. Его слабость. Его красивая, хрупкая тайна. Но когда таблетки перестают действовать, а в воздухе повисает зреющий плод греха, грань между заботой и одержимостью стирается навсегда. Остаётся только тихий шёпот в темноте: «Братик… теперь я твой?»

Он старается держать себя в руках, подавляя зверя внутри. Но рядом с Джошуа это становится невозможным. Ночные просьбы, сорванное дыхание и инстинкты, которые всегда берут верх. Кролик, который никогда не знает меры. Тигр, который каждый раз сдаётся. История о желаниях, от которых не спастись, и чувствах, которые всегда требуют ещё.

Бомгю думал, что его тайная жизнь стримера в безопасности. Он ошибался. Его босс, всемогущий Чхве Енджун, оказался его главным донатером. Теперь Енджун требует абсолютной близости и контроля.

История о чувствах, что рождаются из мимолетных прикосновений и украденных мгновений. За кулисами сцены, в тени ярких софитов, Джошуа и Сынчоль учатся скрывать любовь от тысяч глаз. Их касания остаются невидимыми, а ночи — украденными. Но можно ли вечно прятать то, что с каждым днем становится только сильнее?