– Кто я? Что мне суждено сделать в этом мире? Как мне попасть домой? – Арабелла часами спрашивала одно и то же вот уже на протяжении нескольких дней, опустившись на изуродованные за это время колени и запрокинув голову к верху, желая лишь одного: услышать хоть что-то, что даст ей знак,– Мои родные так мечтали увидеть мои эмоции, мои чувства, мечтали видеть меня живой, но теперь... Они могут видеть только моё уродливое надгробие.