— Что ты слышал? Мысли неслись с невероятной скоростью. Саша не хотел, чтоб Тоша услышал то, что он так тщательно скрывал — это был бы перебор. Нельзя было разрушить и без того хрупкую дружбу, за которую он так отчаянно цеплялся. — Да так, — он попытался отмахнуться, стараясь придать лицу как можно больше безразличия, хоть это было и не так. — Скучно стало, вот и наговорил бреда. — И что за бред, что ты решил поделиться им со мной в три ночи?

— Да ,ладно тебе! Небольшая усталость - это ничто по сравнению с ожидающим нам триумфом. — Романтизация саморазрушения - признак инфантилизма, а не героизма,- Рацио приподнял бровь, демонстрируя скептицизм,- Однако, ваше упрямство, увы, мне хорошо знакомо. Давайте ещё раз сыграем. Но, Авантюрин, учтите: если ваше состояние ухудшится, я не позволю вам продолжать.

- Ты бы... - он съежился, он никогда, матерью его, никогда не говорил чего-то подобного, выходящего за рамки приличия, даже с любимым человеком - это было для него новинкой. Но, все равно, взяв себя в руки, доктор продолжил, осторожно подбирая слова: - Ты бы любил меня, если бы я попал в черную дыру, где меня растянуло бы по вертикали и горизонтали из-за сильнейшего гравитационного давления и я вечность летал по сигнуляцию?

Саша захотел есть и предложил Антону приготовить по рецепту из тик тока печенье в виде сердечек