— Добить решила. — Кивает сам себе. — Благодарен. — Я для таких вещей нож за поясом таскаю. В плакун-траве вымоченный. Озар отвечает вырвавшимся наружу хохотом. Заразительным, пульсирующим глубоко в груди. От этого в животе тугой нитью натягиваются все органы; нитью, что вот-вот разорвется и, силой удара раскрошив ребра, вывалит сердце прямо в мужские ладони. Лада, едва улыбнувшись, вдруг склоняется над ложем и прижимается припухшими от укусов губами к еще мокрому лбу. Как опрометчиво.

Сефер, Марокко. Уютный дом с терракотовыми стенами, увитыми глицинией. Веранда, где пахнет жасмином и жжёным кофе. Два года брака, который начался с её фразы: «Ваш дом — уродлив, но я могу это исправить».