Сынмин был всеми зависимостями мира в одном флаконе. И Минхо уже вот второй год с радостью глотает все содержимое этого флакона, даже не задумываясь о последствиях. Да и какая разница, если сейчас он чувствует что-то, что очень походит на гусениц в животе. Минхо хочет, чтобы они быстрее стали бабочками, приятно щекоча всё внутри, занимая пустое пространство в его груди. И даже если ради этого гусеницы должны будут съесть все его органы, начиная с сердца.

Хёнджин бежит забыв о слезах, не обращает внимания на ссадины на локтях, для него существует сейчас только Сынмин.

Хёнджин идёт по морозной улице, снег ещё не сошёл, но солнце уже грело воздух. Рядом с ним шаркал Сынмин, спрятав красный нос в шарф.

Первый день лета сопровождали 23 градуса по Цельсию, голубое небо без единого облачка и бодрый Джисон, решивший прийти к Минхо под дверь ранним утром.