А проклятый кашель становится всё сильнее, каждый новый приступ будто разрывает лёгкие и горло. Баярунас и не начал бы переживать, только вот если это продолжится, голос пропадёт. А может он вообще больше не сможет петь? Он отгоняет эти мысли подальше, списывает их на необоснованную тревогу, считает себя слишком уж мнительным. Успокаивает себя тем, что ерунда, что само пройдёт, пока во время очередного приступа не обнаруживает у себя в ладони несколько алых лепестков...