Ксения подняла глаза. Тёмные, уставшие, но острые, как лезвие бритвы, они встретились с серым взглядом блондинки. На секунду, на одну долгую, тягучую секунду между ними повисло что-то невысказанное. Ксюша заметила эту улыбку. Её лицо не смягчилось, но в глубине зрачков мелькнуло что-то похожее на удивление, смешанное с раздражением. Она медленно, с каким-то вызовом, убрала джул ото рта, выпустила тонкую струйку мятного пара в потолок и отвернулась, вернув на лицо маску ледяного спокойствия.

Больше всего Юля ненавидела свое тело. Она, словно следователь, изучала каждый сантиметр своей кожи, находя все новые и новые изъяны. Небольшой животик, предательски выпирающий даже после строжайшей диеты, казался ей огромным, отвратительным наростом. Бедра, несмотря на изнуряющие тренировки, оставались округлыми и широкими, словно насмехаясь над ее усилиями. Грудь, казавшаяся ей слишком маленькой и неправильной формы, вызывала чувство жгучего стыда.

Одета Машенька была безумно по-девичьи, на теле красовалась белоснежная рубашка с рюшами на воротнике и клетчатая юбочка длиной чуть выше колена, а на ногах носочки, всё с теми же рюшами и чёрные лакированные туфельки. Когда они вошли в дом, девочку охватил страх. Внутри было темно и холодно, пахло сыростью и плесенью. Он зажёг свечу, и её дрожащий свет высветил грязные стены, разбитые окна и паутину в углах. Архипова попыталась уйти, но он схватил ее за руку и потащил вглубь дома.

Мария отшучивалась, краснела, но упрямо молчала, как настоящий генерал перед вражеским штабом. Юлия и так все поняла, просто хотела услышать это вслух от нее самой.

Время шло, но рана не заживала. Образ Марии преследовал Юлю повсюду. Она видела ее в каждом прохожем, слышала ее голос в каждом телефонном звонке, по привычке брала второй кофе, когда заходила в кофейню и видела её в абсолютно каждом своём сне. И вот, спустя пять лет, судьба вновь столкнула их вместе. Пчёлкина получила задание освещать крупное мероприятие, на котором должна была присутствовать Мария Архипова, теперь уже супруга высокопоставленного чиновника.