Рядом с ним новоиспеченная госпожа Басу-Дубей могла быть какой угодно: властной и горделивой, смешной и игривой, слабой и напуганной — он любил каждое проявление его Деви. Его объятия стали для нее домом, а его голос стал для девушки самым дорогим на свете. Размышления Амалы прервались бархатистым: — Моя Махарани, — в тот же момент девушка ощутила родные руки на своей талии, — я почувствовал, что ты думаешь обо мне, — произнес Амрит, прикасаясь к виску любимой невесомым поцелуем...